Денежная единица WES


В основу денежной единицы должна быть заложена единица стоимости, как оцененный рынком материализованный эталон элементарнейшего труда среднестатистического труженика.

На роль овеществленного эталона элементарного труда, как материализованной основы стоимостной единицы, автор, пока что, не находит лучшего варианта, нежели хлебный продукт. Хлебная зерновая культура, выращенная вручную трудом среднестатистического земледельца в течение одного производственного цикла – сезона. Разумеется, вал сезонного урожая, выращенного подобным образом, вычислить довольно сложно: для зерновых, по прикидкам (грубо), он варьируется где-то в пределах 5 – 15 центнеров1. Но точность вычислений в данном случае и не понадобится. "Габаритные" параметры стоимостного эталона денежной единицы, с практической точки зрения, принципиального значения не имеют: только и того, что цена деления стоимостной шкалы. Здесь главное не "величина", а продолжительная устойчивая "прочность" эталона для стабильности как денежной единицы, так и денежной системы вообще. Долго не заморачиваясь, можно, просто (к тому же, – удобно), взять 1 тонну зерна и... утвердить эту норму продукта, представляющего определенную дозу/порцию человеческого труда, в качестве овеществленной основы эталона стоимости. При этом продолжительность условного рабочего времени для измерения эталонной дозы труда прикладного значения не имеют. Главное для стоимостной единицы – средняя норма прибыльности зернопроизводства, как индикатор адекватной рыночной оценки материализованных в эталонном хлебопродукте трудозатрат: правильная стоимостная оценка эталона есть реальная величина овеществленного в нем абстрактного труда. – В денежном выражении (при стоимостной эквивалентности денежной единицы, разумеется).

Каковы плюсы в пользу хлебного эталона единицы стоимости?..

Прежде всего, чисто трудовое происхождение хлебного продукта: ни с неба не падает, ни со дна океана не всплывает. – Только труд... на современном этапе огромной массы работников аграрно-профилированной отрасли, на вершине которой земледелец. Во-вторых, стабильность потребления хлеба человеком независимо от социального статуса: в норме потребления хлеба все равны – и богатые, и бедные. При этом, полное отсутствие эмоциональной составляющей спроса на хлеб, только физиологическая потребность в нем. – Неподверженность спроса эмоциональным штормам. Далее, синхронность спроса и предложения в течение многих десятилетий: производство зерновых растет в унисон приросту населения. – В мировом масштабе... независимо от циклических колебаний глобальной экономики, экономических кризисов, в частности. Закон стоимости (там, где он действует), оперативно реагируя на спрос, подстраивает под него объем производства своевременным переливом капитала в отрасль до средней нормы прибыли. Так, погодно-климатические условия... Однако, урожайность зерновых в мире, несмотря на капризы природы, проявляет устойчивый рост. Плюс постоянные из года в год мировые резервы зерна, в т.ч. пшеницы, как правило, на уровне ¼ от валового производства. Глобальный спрос на зерновую продукцию, в целом, уравновешенный ее предложением... по крайней мере, весь послевоенный период. – Залог стабильной подлинности («чистоты») стоимости продукта: ничего, кроме как «себестоимость + средняя прибыль». Единственное, что искажает ценовой тренд зерна на мировых рынках, – внерыночное формирование цен на сырую нефть2, а также разнузданные инфляционные «танцы» национальных валют. О чем свидетельствует, кстати, разброд реальных и номинальных цен на ту же нефть в долларах США и «ножницы» индексов номинальных цен на продовольствие с реальными последние полвека3. И это при удивительной синхронности прироста народонаселения, производства зерна и добычи нефти4. Поэтому следует с определенной долей скепсиса воспринимать ценовую статистику зерновых культур, так же как и всей агропродукции5.

Итак... На доказательной базе рассмотрим подробнее зерновую продукцию в качестве товара с точки зрения спроса-предложения и ценообразования.

Спрос и предложение определяются потребностью в продукте и возможностями его производства. "Согласно нормативам Всемирной организации здравоохранения ООН (WHO), суточная норма потребления хлебных изделий составляет 330 г на человека – 120 кг в год»6. В то же время... "Темпы роста населения и мирового урожая зерновых сблизились: в последние три десятилетия ХХ века годовой сбор зерна колебался в диапазоне от 300 до 342 кг на человека"7. Здесь следует иметь в виду разницу между зерновыми культурами и хлебопродуктами: первые включают в себя кукурузу и пр. кормовые; вторые – нет8. Крен потребления в сторону мясо-молочной продукции обуславливает опережающий тренд производства фуражного зерна9. С учетом животноводства, производство зерновых культур достаточно точно сбалансировано с их потреблением10. Что касается прироста валового производства зерновых по отношению к приросту населения мира, то: "С 1961 по 2014 год мировое производство зерна увеличилось на 280%, тогда как общая численность населения за этот период – на 136%"11. Относительно агропродукции в целом: "С 1980 по 2004 год ВВП сельского хозяйства во всем мире увеличивался в среднем на 2% в год, тогда как население мира на 1,6%"12. Опережающий темп производства сельхозпродуктов по сравнению с приростом населения обусловлен был качественным улучшением продовольственного потребления жителей отсталых по развитию регионов. Общее потребление зерновых в мире, в то же время, было синхронизировано с объемом их производства как по валу13, так и на душу населения14. Следовательно, предложение зернового продукта, в общем, удовлетворяло на него растущий спрос15. Очевидно, этому способствовали: а) стабильно линейный прирост как урожайности, так и валового производства зерновых культур в мире16; б) стабильные из года в год мировые резервы зерна в пределах 20-35% от валового производства17. Даже растущий экспорт зерновых в развивающиеся страны18, никак не отразился на глобальном балансе спроса-предложения19. Заслуживает внимания, кстати, стабильный уровень потребления продовольствия на душу населения в развитых странах20. Это указывает на то, что при нормальных условиях жизни для среднестатистического человека характерным является фиксированная норма потребления зернопродуктов: ни больше – ни меньше. И только за счет трехкратного улучшения последние 60 лет потребления в странах третьего мира, по данным FAOSTAT, наблюдалась общемировая тенденция к увеличению продовольственного потребления на человека21. По прогнозам ОЭСР-ФАО (Рим, июль 2017г.) до 2026г. "Потребности на душу населения в продовольственных товарах останутся неизменными, за исключением наименее развитых стран"22.

Ценообразование товарного зерна определяется действием закона стоимости на мировых рынках: цена издержек производства + средняя прибыль, в условиях общего равновесия спроса-предложения. Казалось бы, синхронность продовольственного предложения к потребительскому спросу должна была предопределить стабильность ценообразования... – С трендом к постепенному снижению стоимости (в цене) зернового товара по мере роста производительности труда и снижения себестоимости производства в общемировом масштабе. Не тут то было. За последнее столетие Первая и Вторая мировые войны, Великая депрессия 1929-33гг., ценовой шок энергетического кризиса 70-х, в конце концов, внерыночное формирование цены на нефть в 2004-2014гг. – существенно искажали тренд ценообразования на зерновую продукцию23. То же самое, кстати, касается и цен на промышленное сырье24. Тем не менее, общая тенденция очевидна: «За последние 100 лет реальные цены на пшеницу снижались ежегодно в среднем на 1,5%»25. Относительно послевоенного периода (а именно он нас наиболее интересует), то: «После Второй мировой войны средняя цена как кукурузы, так и пшеницы сокращалась примерно на 2,3% в год в течение 61-летнего периода»26. С началом XXI века, однако, понижающий на продовольствие ценовой тренд замедлился... Причиной тому является резкий скачок цен на энергоносители с 2004 года27. Корреляция как индекса цен на продовольствие к цене на сырую нефть28, так и, в частности, ценовых индексов зерна к нефти29 – совершенно очевидна. Впрочем, «Сельскохозяйственный прогноз ОЭСР-ФАО 2017-2026», констатировав "возвращение мировых цен на продовольствие к своим докризисным уровням 2007-08гг.", спрогнозировал: "в течение следующего десятилетия цены на мировые продовольственные товары останутся на низком уровне по сравнению с предыдущими пиковыми значениями"30. Поэтому, понижающий с 1960 года ценовой тренд на основные зерновые культуры31, надо надеяться, продолжится и в XXI веке.

Итак... Хлебный эталон стоимости как основа денежной единицы. – Требует конкретизации. Какой именно хлебный продукт взять за вещественную основу единицы стоимости?..

В качестве зерновой культуры автор предлагает «Зерно IGC» Международного совета по зерну, на основании которой исчисляется индекс мировых цен на зерновые. "Сводный индекс цен на зерновые составлен на основе следующих показателей: индекс цен Международного комитета по зерну (МКЗ) на пшеницу (представляет собой среднее значение 10 различных котировок пшеницы); индекс цен МЗК на кукурузу (среднее значение 4 различных котировок кукурузы); индекс цен МКЗ на ячмень (среднее значение 5 различных котировок ячменя); 1 экспортная цена сорго и сводный индекс цен ФАО на рис"32. Статистика IGC ведется с 1949 года, FAO использует с 1961-го. Алгоритм вычисления единицы стоимости плюс создание на ее основе денежной единицы в авторской версии следующий.

1. Берем 1 тонну «Зерна IGC» и утверждаем в качестве овеществленной единицы трудозатрат: труд условной единицы рабочей силы – 1-УЕРС-Труд, производящий 1 тонну IGC-зерна (пшеницы, риса, кукурузы в пропорциях производства-потребления33) за год. – Материализованная основа стоимостной единицы = материально-базовый эталон единицы стоимости. – Зерновой аналог унции золота.

2. Усредненную за несколько десятилетий мировую цену (максимально приближенную к подлинной стоимости) базового эталона «1 т IGC-зерна» фиксируем как денежный эквивалент стоимости эталонного зерна = денежный субэталон стоимости, который, собственно, и есть единица стоимости... в денежной оболочке (долларовое выражение рыночной оценки трудоемкости зернового эталона). – Зерно-денежный стандарт (Wheat Exchange Standard) аналог золотовалютного стандарта «Gold Exchange Standard».

3. На базе субэталона «Wheat Exchange Standard», как единицы стоимости в денежном выражении, утверждаем наднациональную валюту WES: 1WES = фиксированная $-цена субэталона стоимости. С этого момента денежная единица WES начинает жить собственной жизнью, будучи непосредственно привязанной только к рыночной стоимости эталона «1 т IGC-зерна», а курс национальных валют ориентируется на Зерновалютный стандарт в лице денежной единицы WES. То есть, мировую валюту создаем на базе рыночной стоимости материализованного эталона элементарного труда. – В полном соответствии с теорией трудовой стоимости по алгоритму:

ЭТАЛОН вещевой → СУБЭТАЛОН стоимостный → 1WES-валюта.

Следовательно: 1WES есть денежный эквивалент стоимостной единицы.

Или же, просто: 1WES = ЕДИНИЦА СТОИМОСТИ.

Два уточняющих момента.

Первый по пункту №2. Какова методика вычисления усредненной цены базового эталона стоимости?.. Берем статистику реальной цены «IGC-зерна» (его зерновых компонентов) Международного совета по зерну за полвека, или статистику того же «Зерна IGC» Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (FAO) с 1961г., предварительно исключив периоды сильнейших ценовых искажений от аномальных цен на нефтепродукты. А может даже лучше взять статистику не с 61-го, а с 80-х, последние 30 лет, исключив 2005-2015 годы ценовых аномалий. На основе остаточных периодов выводим среднее значение реальной цены «зерна IGC», она должна быть достаточно близка к реальной стоимости. И, далее... Среднее значение мировой цены эталонной «1 т зерна IGC» утверждаем как денежный эквивалент стоимости зернового эталона – его стоимостный субэталон в денежном выражении.

Второй по пункту №3. Денежная единица WES не напрямую привязывается к базовому эталону «1 т IGC-зерна», а к его рыночной стоимости – стоимостному субэталону, что формируется рынком на базе эталонного зерна. В отличие от метрически стабильной величины эталона, субэталон имеет стоимостный дрейф в сторону понижения... по причине роста производительности труда и, соответственно, снижения цены издержек производства (себестоимости). Поэтому, кроме определения средней цены зернового эталона, как денежного эквивалента его подлинной стоимости, важно учитывать понижающий тренд стоимости зерновой продукции, в частности: пшеницы34 и кукурузы35. Исходя из последнего, следует фиксировать закономерное снижение цены хлебного эталона из года в год на некий «%» его стоимости. Дабы в цене понижающий тренд стоимости эталона максимально был синхронизирован с общим трендом снижения стоимости всей остальной товарной продукции... по причине все той же тенденции роста общественной производительности труда. Образно говоря, денежное выражение стоимости зернового эталона должно быть в такте, «идти в ногу» с усредненным стоимостным трендом всей товарной номенклатуры. Следует ежегодно отслеживать общие ценовые тенденции на мировых товарных биржах для денежной коррекции субэталона единицы стоимости на незыблемой базе эталонного «IGC-зерна». Дабы не допускать диспропорции стоимостного содержания WES-денежной единицы с ее номинальной ценой. Что это означает на практике в случае перехода на Зерновалютный стандарт WES?..

Допустим, на момент утверждения стандарта WES вычисления средней цены эталонного «IGC-зерна» дали результат $200 за эталон – долларовый эквивалент его реальной стоимости. Фиксируем эту величину, утвердив на ее основе денежную единицу WES: $200 = 1WES. С этого момента WES-валюта начинает жить собственной жизнью, и отныне не она равняется на доллар, а, напротив, все национальные валюты, включая доллар, равняются на валютный WES-стандарт. Однако, если утвержденный стандарт оставить без изменений, то через некоторое время (10-20 лет) может выявится диспропорция незыблемой цены зернового эталона по отношению к понизившемуся ценовому тренду в экономике. – Учитывая рост общественной производительности труда и на этой основе снижение стоимости товарной продукции. Дабы этого избежать, следует ежегодно корректировать цену (денежное выражение) субэталона стоимости на величину снижения сводного индекса цен на товарных биржах, ориентируясь на цены товаров неизменного качества – продовольственной и сырьевой групп – в русле общего тренда. Предположим, вычисления дали 0,5% ежегодного снижения общего уровня цен на товары. Тогда корректировка зерновалютного стандарта 1WES = $ 200 на этот «%» через год, два, десять, двадцать... даст следующие результаты:

«1 тонна IGC» → 1,000 WES-валюта = $ 200 - на момент утверждения;

«1 тонна IGC» → 0,995 WES-валюта = $ 199 - за год;

«1 тонна IGC» → 0,990 WES-валюта = $ 198 - через два года;

«1 тонна IGC» → 0,950 WES-валюта = $ 190 - через десять лет;

«1 тонна IGC» → 0,900 WES-валюта = $ 180 - через двадцать лет.

На практике речь идет о постепенном из года в год на 5 кг условном увеличении зернового содержания 1WES денежной единицы (не будут же национальные экономики ежегодно свои валюты пересчитывать на 0,ХХХ... долю WES-валюты). Пропорциональность же курса национальных валют по отношению к WES-валюте должна быть соблюдена и через 10 лет, и через 20... Линейное снижение стоимостного тренда при этом, однако, не гарантировано. Вполне возможен нелинейно-замедляющийся тренд снижения стоимости товарной продукции, включая зерновую (судя по графикам). В таком случае коррекция WES-стандарта только упростится. Существенно упростится корректировка WES-стандарта и при стабилизации цен на энергоносители, прежде всего, сырой нефти, на уровне реальной их трудозатратной стоимости: себестоимость + средняя прибыль. Это выровняет рыночную цену всей номенклатуры товарной продукции, включая зерновую, до уровня ее оптимальной стоимости. При условии равновесия спроса-предложения, разумеется.

При любых обстоятельствах стоимостная устойчивость WES-валюты должна сохраняться незыблемой. Ибо ей суждено определять истинную цену национальных денежных единиц, выявляя возможные их псевдо-стоимостные девиации. Если, допустим, через 20 лет вдруг окажется (на вышеприведенном примере), что цена 1100 кг зернового IGC-субэталона = 1WES-валюта в долларовом выражении не $ 200 а гораздо выше, остается одно из двух: или ФРС включила печатный станок, либо запустила денежный мультипликатор. То же самое касается других валют. Это, безусловно, дисциплинирует монетарную политику государств. Однажды запущена система зерновалютного стандарта WES из года в год будет только совершенствоваться.

Определение единицы стоимости решит вопрос стоимостного содержания межнациональной денежной единицы WES, а вслед за ней, на основе валютного паритета, национальных денег: столько-то (такая-то доля) стоимостно-оцененного рынком эталонного продукта – тонн или килограмм зерна IGC – на единицу денежного эквивалента: доллара, евро, гривны... Денежные WES-эквиваленты в результате становятся достаточно совершенным инструментарием стоимостного расчета материализованных трудом богатств, до ВВП включительно. Практическая задача зерновалютного стандарта WES: на прочной трудозатратно-стоимостной почве «заякорив» национальные валюты, включая коронованный ныне доллар, нормализовать эквивалентный в экономике товарообмен по закону стоимости, очищая ценообразования от псевдо-стоимостной фальши.

Своевременным, кстати, будет напомнить о существующей на сегодняшний день системе международных платежных расчетов. Об абсолютном крахе и вакууме валютной системы в современном мире речь, разумеется, не идет. Бреттон-Вудский золотовалютный стандарт в середине 70-х был заменен на Ямайскую систему "Специальных прав заимствования" (Special Drawing Rights) в качестве резервного и платежного средства. Это эмитируемая МВФ единица международных расчетов в безналичной форме, в виде записей на банковских счетах. Единица SDR рассчитывается как сумма определенных пропорций пяти валют (доллара, евро, юаня, иены, ф/стерлингов), оцененных в долларах США, на основании свободно плавающих валютных курсов. "Специальные права заимствования" при таких условиях лишены какой-либо привязки к трудозатратно-материализованному основанию. Как следствие, на практике СПЗ ничуть не превзошли банальную систему долларового стандарта: американский доллар, на "честном слове" без фиксированной материально-стоимостной опоры, до сих пор, по сути, лидирует в качестве международного платежного и резервного средства36. Валюта WES, в случае принятия Зерновалютного стандарта, вполне могла бы перебрать на себя роль SDR – "Специальных прав заимствования". А для начала, как минимум – для сравнительного анализа "WES versus SDR" и выяснения традиционного вопроса: кто – кого? Впрочем, допустимо вообще параллельное их существование для курсового взаимоконтроля.

Основой мировой валютной системы должна быть не субъективно-капризная ценность драгметаллов или опора на плавающие курсы национальных валют, а стоимостная (рынком правильно оцененная) трудоемкость материального богатства. Среди преимуществ «Зерновалютного стандарта WES» над GES и SDR аналогами, следует обратить внимание на два главных:

а) чисто трудозатратная сущность стоимости зернового продукта, чего не скажешь о золоте с его эмоциональными факторами формирования цены, а тем более, о плавающем курсе национальных валют, на котором базируется СПЗ;

б) мировому хозяйству характерно наращивание производства зерновых в унисон приросту населения, отчего предложение = спросу в динамике экономического роста, что, опять же, не скажешь ни о золоте, ни о том же СПЗ.

Недостатки «Золотовалютного стандарта GES» стали причиной его ликвидации в 70-е прошлого века. – Вполне оправдано. А SDR от этих недостатков не избавились. С тех пор и поныне мировая валютная система «беспризорна» – лишена какого-либо трудозатратно-материализованного основания, находясь на грани полного разрушения. Отсюда, кстати, крипто-валютные извращения современных финансов. Это уже диагноз.

Дальше. Из пяти известных функций денег «Золотовалютный стандарт – GES» обслуживал в натуре, а "Специальные права заимствования – SDR" на данный момент обслуживают виртуально четыре функции, кроме одной, главной – меры стоимости (в политэкономическом понимании данной категории). Тогда как Зерновалютный стандарт WES, напротив, по идее должен выполнять, прежде всего, самую главную функцию денег – именно функцию меры стоимости. Ни в качестве средства обмена, ни платежа, ни сбережения, ни мировых денег в натуре IGC-зерно, в отличие от золота и пр. драгметаллов, не пригодна. Однако, при условии свободной конвертации WES денежной единицы в золото или другие стабильные валюты, обслуживать остальные функции денег на практике WES-стандарту не составит трудностей. Речь идет о виртуальной в данном случае функции безналичной WES-валюты. Ну, а если уж дело дойдет до эмитирования WES денежной единицы на традиционных носителях, для ввода ее в наличный оборот, то WES-валюта сможет выполнять все пять функций денег. В этом будет бесспорное преимущество WES-стандарта над всеми прочими аналогами.

Учитывая вышесказанное, «Wheat Exchange Standard» (дословно: зерно обменный стандарт) не является вполне корректным в своей формулировке. Но, это уже дело терминологической «косметики», поправить которую не будет проблем.

Удачная разработка денежной системы на трудозатратно-стоимостной основе вплотную приближает политэкономию к практике, превращая ее в прикладную экономическую науку.



Список использованной литературы

1. Фридман М. Количественная теория денег

2. Вокруг света. Сколько всего в мире денег?

3. Institute of International Finance. Global Debt Monitor

4. The Economist. Resource prices

5. USDA. Inflation-adjusted price indices for corn, wheat, and soybeans show long-term declines

6. Энциклопедия по экономике. Оптимальный темп инфляции

7. The Daily Gold. Цена на золото – вечно меняющееся мерило

8. Растянников В.Г. Урожайность хлебов в России

9. ChartsBin. Historical Crude Oil prices

10. ФАО. Положение с продовольствием в мире

11. Chefurka P. How tight is the link between Oil, Food and Population?

12. DeepResource. World Food and Oil Price Correlation

13. Махинько В.М. Норми споживання хліба з погляду задоволення потреб організму

14. Вишневский А. Можно ли накормить весь мир?

15. Larsen J. Grain Harvest

16. Heijden A. Amazing maize…

17. Francis P. World livestock an asset not a threat to human food availability

18. Roser M. Yields vs. Land Use: How the Green Revolution enabled us to feed a growing population

19. UK Parliament Website. The Global Challenges

20. Farmland Investment. Supply and Demand Trends for the Global Grain Industry

21. Iowa State University. World Food Grain Per Capita Consumption

22. Кернасюк Ю. Світовий ринок зерна: попит і пропозиція

23. Агровестник. Мировой рынок пшеницы, роль и место России на этом рынке

24. Jamieson C. The IGC Offers a Glimmer of Hope for 2016/17 Wheat Markets

25. FAO. Prospects by Major Sector. Developing countries will become more dependent on imports

26. IGC. World Total – Total Grains. Supply & Demand

27. Статистика и аналитика. Обзор рынка пшеницы – USDA

28. ResearchGate. Total and per capita agricultural production

29. Frankel J. Commodities

30. Eschenbach W. The Long View of Feeding the Planet

31. The Economist. More valleys than hills

32. OECD-FAO Agricultural Outlook. Overview of the OECD-FAO Agricultural Outlook 2016-2025

33. Empiricist D. 8 February 2011 – Grain drain

34. Wikimedia. Brent Spot monthly

35. The Atlas. Food vs Oil

36. The Atlas. Change in real oil and grain prices

37. ФАО. Совместный пресс-релиз ФАО и ОЭСР

38. FAO. Prospects for aggregate agriculture and major commodity groups

39. Международный совет по зерну. International Grains Council

40. ФАО. Положение с продовольствием в мире. Индексы цен ФАО на продовольствие

41. МНИАП. Мировой рынок зерновых

42. Xraydelta. Apocalypse: Not Now?

43. OECD-FAO Agricultural Outlook. Overview of the OECD-FAO Agricultural Outlook 2016-2025

44. OECD-FAO Agricultural Outlook. Overview of the Agricultural Outlook 2017-2026

45. Discovered. Ямайская валютная система

46. МНИАП. Долгосрочные тренды цен на продукцию АПК

47. BIG Picture. Are Real Commodity Prices at multi-century Lows?

48. USDA. Rea agricultural prices have fallen since 1900, even as world population growth accelerated

49. Johnston D. History lessons: Understanding the decline in manufacturing

50. Бюро экономического анализа BEA. Bureau of Economic Analysis


СОДЕРЖАНИЕ