Политэкономия: ТРУДОВАЯ ТЕОРИЯ СТОИМОСТИ + МОНЕТАРИЗМ = Зерновалютный стандарт – WES
 


Запрет выделения текста с помощью CSS



СТОИМОСТЬ – ОСНОВА ДЕНЕЖНОЙ СИСТЕМЫ


Деньги как условный знак стоимости

Фактор денежного обращения является центральным пунктом любой экономической доктрины, претендующей на роль прикладной в определении государственной макроэкономической стратегии. Поэтому, для начала поставим, казалось бы, риторический вопрос: собственно, что такое деньги? – В бумажном или электронном виде (золото, как и остальные минералы, является товаром).

С точки зрения трудовой теории стоимости ответ очевиден: ДЕНЬГИ есть условный символ, образ, знак... чего? – Стоимости. А что такое стоимость?

СТОИМОСТЬ, согласно авторской версии, есть рыночная ОЦЕНКА овеществленных в товарной продукции абстрактных (общественно-необходимых) трудозатрат, израсходованных на производство данной продукции. Соответственно... ДЕНЬГИ есть условный ЗНАК рыночной ОЦЕНКИ (то есть СТОИМОСТИ) овеществленного в товарной продукции объема трудозатрат. Деньги как инструментарий стоимостной оценки. Резонной здесь будет аналогия с оценкой ученической успеваемости: объем овеществленных трудозатрат в товаре тождественен объему знаний ученика (большой, либо малый, или посредственный); стоимость товара тождественна оценке знаний ученика (высокая, либо низкая, или посредственная): а вот денежная система тождественна системе оценочных баллов (конкретное выражение, символ, знак оценки). Поставленная учителем "пятерка" есть знак оценки знаний ученика, а не... "знак знаний" или еще что-то. Следовательно... ДЕНЬГИ есть условный ЗНАК ОЦЕНКИ (=СТОИМОСТИ) трудозатратной емкости созданного человеческим трудом материального богатства. Стоимость в денежной оболочке есть ЦЕНА. Соответственно, через призму оптимальной цены можно определять абстрактную трудоемкость товарной продукции.

Как тут не вспомнить марксово «стоимость нельзя сосчитать», мол: «Стоимость товаров тем отличается от вдовицы Куикли, что не знаешь, как за нее взяться». Спрашивается: а зачем, собственно, «браться» за стоимость, дабы определять ее величину. Стоить напомнить, что «стоимость» – субстанция безликая, и для нее характерна лишь ее величина, объем. Если уж проецировать стоимость на какую-то там вдовицу, то нас должен интересовать объем (или масса) телес этой самой вдовицы, а не что-то еще, более пикантные детали. И с этой точки зрения достаточно знать размер одежды той же дамы, а не ощупывать ее с головы до ног. То же самое касается и стоимости товара: абстрактную величину трудозатратной емкости товара (т.е. стоимость) определяем через призму его денежной оболочки – цены. Да, для подобных расчетов стоимость (в цене) товара должна быть адекватна величине овеществленных в нем абстрактных трудозатрат, быть подлинной, достоверной. И это мы определяем по средней норме прибыли от реализации данного товара по оптимальной цене. Подобно тому, как правильно сможем определить объем телес упомянутой вдовицы по размеру ее одежды, при условии, что убранство данной персоны оптимально сидит на ее фигуре, а не трещит по швам или свисает с плечь и волочится по полу.

Итак, деньги есть условный знак стоимости, что выражается в ценах, через призму которых есть возможность определять трудоемкостный объем материализованных трудозатрат.


Условия стоимостно-денежного паритета

ЗАКОН СТОИМОСТИ есть рыночный закон эквивалентного, согласно затратам труда, обмена товарами, устанавливающего товарообменную эквивалентность путем перераспределения трудового ресурса в сфере производства товаров из расчета равновеликой стоимостной отдачи от равновеликих трудозатрат. Понятно, что в рыночных условиях как товарообмен (купля-продажа), так и перераспределение трудоресурса (перелив капитала) проводятся с помощью денежного инструментария. Который, в свою очередь, является символично-знаковым выразителем стоимости. Следовательно, товарооборот и капиталовложения осуществляются с помощью денежного эквивалента стоимости, обязательным условием которого является стоимостная эквивалентность денежной единицы. Иначе рынок не сможет адекватно оценивать овеществленные в товарах трудозатраты. Ведь... покупая на рынке за деньги товар, как овеществленный в нем труд производителя, покупатель, по сути, расплачивается за него долей своего труда. И труд, с обеих сторон, должен быть адекватно представлен денежной единицей. Стоимостная эквивалентность денег решает судьбу эквивалентного товарообмена, соответственно, – справедливого обмена результатами труда. Отсюда, в конце концов, правильное формирование стоимостных параметров... за счет рационального перераспределения инвестиционного капитала (реинвестиционной доли прибавочной стоимости) в производстве до средней нормы прибыли.

Деньги символически-знаковый выразитель стоимости, а потому денежная единица должна адекватно представлять определенную фиксированную долю стоимости, быть ее адекватным номиналом. Номинальная цена денежной единицы = сознательно фиксированной доле стоимости. Следовательно, суммарная цена денежной массы поставлена в полную зависимость от общего в экономике реального объема стоимостной массы, как оцененной рынком овеществленного массы совокупного богатства, и в номинале должна соответствовать ей.

СУММАРНАЯ ЦЕНА ДЕНЕЖНОЙ МАССЫ = СОВОКУПНАЯ МАССА СТОИМОСТИ

В данном уравнении ЦЕНА представляется как символическое выражение стоимости на денежных носителях. Практика неоднократно подтверждала истинность подобного уравнения: любой вброс денежной массы в экономику, каким бы по объему он ни был, непременно выравнивает цену денежных единиц... до единой суммы цен всей денежной массы. Для убедительности представим эксперимент. Попробуем вбросить в экономику N-ное количество денежных купюр без проставленных номиналов. Через некоторое время эти бумажные купюры сами собой приобретут определенную цену: на них, условно говоря, начнет проявляться номинал. Продолжим эксперимент, вбросив еще столько же денежных знаков, в два раза увеличив... В скором времени мы увидим обесценение денежной купюры ровно в два раза. Но суммарная цена всей денежной массы при этом останется та же. Как бы в дальнейшем мы не экспериментировали, увеличивая денежную массу или изымая ее из обращения, мы непременно будем получать адекватную девальвацию или ревальвацию денежной единицы (по отношению не к инвалютам или золоту, а к стоимости). Суммарная цена денежной массы при этом будет оставаться неизменно стабильной. Что это за размер в денежном выражении?.. – Это эквивалент совокупной, какова есть в реальности, стоимостной массы в экономике. И эту подлинную массу реального богатства никакими денежными манипуляциями не изменить... и экономику не обмануть. Не денежная масса «делает» стоимость, а напротив, – стоимость под себя выстраивает денежную систему, формируя «ценность» денежной купюры. И не деньги характеризуют экономику, а стоимость.

Сколько денежных знаков нужно той или иной экономике?.. – Не имеет принципиального значения. Любое количество купюр, как в сторону численного увеличения, так и уменьшения (денежная единица не имеет пределов деления: доллар / цент / милицент / микроцент / наноцент...). Суммарная в экономике масса стоимости сама определит их истинную цену. Не цифра номинала на денежной купюре имеет значение, а ее стоимостный вес. Тогда... Можно, однажды бросив в обращение N-ное количество денежных знаков, успокоиться на этом?.. – Можно. Только следует иметь в виду, что мы живем не в экономически застойном средневековье. В наше время прогрессирующих темпов экономического роста с приростом стоимостной массы в экономике будет пропорционально повышаться цена купюры при неизменном их количестве: ВВП, допустим, вырос на 10% – на 10% денежная единица, соответственно, станет «тяжелее» = дефляция. Будь это одноразовый акт, экономика могла бы приспособиться к новому денежно-стоимостному равновесию. Однако, когда дрейф растущей массы стоимости по отношению к денежной массе постоянно из года в год, то... С точки зрения ведения бизнеса, осуществления торгово-коммерческих и пр. операций... это постоянный сбой в работе. А посему, для стабильности финансовой системы прирост денежной массы в обороте должен синхронизироваться с темпами экономического роста. Дабы денежной единице всегда соответствовала фиксированная доля стоимости как представителя определенной частицы материального блага. То есть... денежная масса должна быть постоянно уравновешена массой стоимости.

Наконец, как определять оптимальный для растущей экономики объем денежной массы с учетом ее эмиссии?.. Теоретически ответ прост – по стабильной цене денежной единицы. Практически (грубо) – по стабильно нулевой инфляции/дефляции, имея в виду стабильность покупательной способности денег. Понимая при этом, к чему приводит инфляционно-дефляционный дисбаланс. Повышение цен при инфляции не имеет пределов роста, вплоть до гиперинфляции – расстройство финансовой системы и коллапс экономики. Тогда как снижение цен при дефляции ограниченно барьером издержек производства, за которым грядет паралич деловой активности вследствие кризиса ликвидности = стагнация. Экономическая теория эмпирически, ссылаясь на практику, допускает минимальный, в несколько процентов, уровень инфляции. Возможно, учитывая минимизацию "закупорок" платежно-расчетных потоков в краткосрочный период, но что будет в долгосрочной перспективе... К тому же, следует иметь в виду естественную тенденцию «ползучего» снижения общего уровня цен вследствие роста общественной производительности труда и, соответственно, снижения себестоимости производства, что создает иллюзию дефляции. На самом деле, за снижением уровня цен стоит естественное снижение стоимости товаров, которое, однако, перекрывается опережающим приростом совокупной массы стоимости в экономике. – Из-за растущей производительности труда. Поэтому, при снижении общего уровня цен на товары имеет место опережающий прирост суммарной массы цен растущего в стране совокупного продукта. Уровень цен снижается – общая масса цен увеличивается. – В пропорции к растущей массе стоимости. Именно на стоимостный прирост ВВП и должен быть сориентирован прирост денежной массы... ради инфляционно-дефляционного равновесия.

Инфляционно-дефляционный баланс есть реальный индикатор оптимального соответствия массы денег в экономике общему объему массы стоимости в ней на данный момент. Разумеется, при условии общего равновесия спроса-предложения, признаком чего является реализация основной массы товарной продукции по средней норме прибыли. Денежная масса при таком балансе является реальным мерилом стоимостной массы = экономической мощи страны. Если, допустим, в экономику ряда идентичных по численности населения стран одновременно вбросить одинаковое количество одних и тех же денежных знаков, то через некоторое время мы достаточно точно узнаем, кто чего стоит. – Как по цене отдельно взятой купюры в каждой стране, так и по суммарной цене денежной массы в этих странах.


Вопрос стоимостной единицы

Стоимостная эквивалентность денег сама собою ставит вопрос меры стоимости: какова доля стоимости, как рыночно оцененных трудозатрат, в денежной единице. Дабы через призму цен адекватно рассчитывать стоимостные параметры. В доиндустриальную эпоху, при вялотекущих темпах экономического развития, роль одновременно меры стоимости и денежного обращения выполняли драгоценные металлы (золото). – Вполне оправдано. Латентная масса стоимости застойных экономик сама определяла цену той же, скажем, тройской унции как денежной единицы. И золото со своими традиционными функциями меры стоимости, обращения, платежа, сбережения (накопления) могло кое-как справляться. Совсем иное дело экономика индустриальной эпохи, когда динамично растет стоимостная масса... Если оставить «золотой стандарт», прочно привязав к драгоценному металлу денежные знаки в качестве сертификата, – неизбежна дефляция. Курсовая же ориентация денег на биржевую стоимость унции золота неизбежно поставит вопрос: а насколько вообще золото способно представлять трудоемкую сущность стоимости?.. – Слишком уж сомнительно, глядя на 50-кратный «гопак» цены тройской унции после ликвидации «золотовалютного стандарта». Вряд ли объективно-трудоемкая компонента цены золота преобладает над ее субъективно-ценностным капризом. Трудоемкость заложена в драгметаллы человеческим трудом при его добычи и если уж есть, то такой в своем объеме остается стабильной всегда и везде независимо от изменчивости условий. Ценность, напротив, – здесь есть, а тут, вдруг... в любой момент может исчезнуть под влиянием человеческой эмоции: только что золота невыносимо хотелось... и, на тебе, - расхотелось. Вот и обвалилась ценность минерала "с высоты небес" к... его реальной стоимости. К тому же, золото, будучи преимущественно предметом роскоши, не является для человека средством жизненной необходимости – «на хлеб не намажешь».

Итак, стоимостное содержание денег... Трудовая теория стоимости требует отформатировать денежный эквивалент стоимостным калибратором. Дабы денежной эмиссией, ориентированной на растущую массу стоимости, поддерживать денежно-стоимостный паритет, обеспечивая нормальное функционирование экономики, и на этой основе правильно рассчитывать стоимостные параметры. Что может служить мерой стоимости?.. – Вопрос единицы стоимости. И ответ на него очевиден...

Поскольку СТОИМОСТЬ есть рыночная оценка величины овеществленного в товарах абстрактного труда, то... за единицу стоимости логично взять рынком оцененный (в денежном выражении) материализованный результат элементарного, взятого за эталон, простого труда среднестатистического человека. То есть: реализованный на рынке овеществленный эталон элементарного труда в денежном эквиваленте... как единица стоимости.

ЦЕНА ЭТАЛОНА = ЕДИНИЦА СТОИМОСТИ

В рыночной экономике при средней норме прибыли, разумеется. Только при таких условиях единица стоимости (в денежном эквиваленте) будет достоверная, адекватна трудоемкости эталона. Вопрос: какой конкретно материализованный результат целесообразно взять за эталон элементарного труда как основу единицы стоимости?.. Вероятно, простой продукт неизменного качества. Это должен быть продукт первой необходимости, наиболее распространенный на всех широтах, пользующийся стабильным спросом на душу населения независимо от циклических колебаний в экономике, не подвержен конъюнктурным влияниям моды, жульничества, паники и других эмоций, иметь незыблемо высокую стабильность ценности/полезности для человека (чего не скажешь о золоте, например) – как стабилизатор спроса. Этот продукт должен иметь чисто трудовое происхождение, под силу производиться простым трудом одной среднестатистической пары рабочих рук в течение одного производственного цикла.

На роль овеществленного эталона элементарного труда, как материализованной основы стоимостной единицы, автор, пока что, не находит лучшего варианта, нежели хлебный продукт. Хлебная зерновая культура, выращенная вручную трудом среднестатистического земледельца в течение одного производственного цикла – сезона. Разумеется, вал сезонного урожая, выращенного подобным образом, вычислить довольно сложно: для зерновых, по прикидкам (грубо), он варьируется где-то в пределах 5 – 15 центнеров. Но точность вычислений в данном случае и не понадобится. "Габаритные" параметры стоимостного эталона денежной единицы, с практической точки зрения, принципиального значения не имеют: только и того, что цена деления стоимостной шкалы. Здесь главное не "величина", а продолжительная устойчивая "прочность" эталона для стабильности как денежной единицы, так и денежной системы вообще. Долго не заморачиваясь, можно, просто (к тому же, – удобно), взять 1 тонну зерна и... утвердить эту норму продукта, представляющего определенную дозу/порцию человеческого труда, в качестве овеществленной основы эталона стоимости. При этом продолжительность условного рабочего времени для измерения эталонной дозы труда прикладного значения не имеют. Главное для стоимостной единицы – средняя норма прибыльности зернопроизводства, как индикатор адекватной рыночной оценки материализованных в эталонном хлебопродукте трудозатрат: правильная стоимостная оценка эталона есть реальная величина овеществленного в нем абстрактного труда. – В денежном выражении (при стоимостной эквивалентности денежной единицы, разумеется).

Каковы плюсы в пользу хлебного эталона единицы стоимости?..

Прежде всего, чисто трудовое происхождение хлебного продукта: ни с неба не падает, ни со дна океана не всплывает. – Только труд... на современном этапе огромной массы работников аграрно-профилированной отрасли, на вершине которой земледелец. Во-вторых, стабильность потребления хлеба человеком независимо от социального статуса: в норме потребления хлеба все равны – и богатые, и бедные. При этом, полное отсутствие эмоциональной составляющей спроса на хлеб, только физиологическая потребность в нем. – Неподверженность спроса эмоциональным штормам. Далее, синхронность спроса и предложения в течение многих десятилетий: производство зерновых растет в унисон приросту населения. – В мировом масштабе... независимо от циклических колебаний глобальной экономики, экономических кризисов, в частности. Закон стоимости (там, где он действует), оперативно реагируя на спрос, подстраивает под него объем производства своевременным переливом капитала в отрасль до средней нормы прибыли. Так, погодно-климатические условия... Однако, урожайность зерновых в мире, несмотря на капризы природы, проявляет устойчивый рост. Плюс постоянные из года в год мировые резервы зерна, в т.ч. пшеницы, как правило, на уровне ¼ от валового производства. Глобальный спрос на зерновую продукцию, в целом, уравновешенный ее предложением... по крайней мере, весь послевоенный период. – Залог стабильной подлинности («чистоты») стоимости продукта: ничего, кроме как «себестоимость + средняя прибыль». Единственное, что искажает ценовой тренд зерна на мировых рынках, – внерыночное формирование цен на сырую нефть7, а также разнузданные инфляционные «танцы» национальных валют. О чем свидетельствует, кстати, разброд реальных и номинальных цен на ту же нефть в долларах США и «ножницы» индексов номинальных цен на продовольствие с реальными последние полвека8. И это при удивительной синхронности прироста народонаселения, производства зерна и добычи нефти9. Поэтому следует с определенной долей скепсиса воспринимать ценовую статистику зерновых культур, так же как и всей агропродукции10.

Итак... На доказательной базе рассмотрим подробнее зерновую продукцию в качестве товара с точки зрения спроса-предложения и ценообразования.

Спрос и предложение определяются потребностью в продукте и возможностями его производства. "Согласно нормативам Всемирной организации здравоохранения ООН (WHO), суточная норма потребления хлебных изделий составляет 330 г на человека – 120 кг в год». В то же время... "Темпы роста населения и мирового урожая зерновых сблизились: в последние три десятилетия ХХ века годовой сбор зерна колебался в диапазоне от 300 до 342 кг на человека". Здесь следует иметь в виду разницу между зерновыми культурами и хлебопродуктами: первые включают в себя кукурузу и пр. кормовые; вторые – нет. Крен потребления в сторону мясо-молочной продукции обуславливает опережающий тренд производства фуражного зерна11. С учетом животноводства, "производство зерновых культур достаточно точно сбалансировано с их потреблением"12. Что касается прироста валового производства зерновых по отношению к приросту населения мира, то: "С 1961 по 2014 год мировое производство зерна увеличилось на 280%, тогда как общая численность населения за этот период – на 136%"13. Относительно агропродукции в целом: "С 1980 по 2004 год ВВП сельского хозяйства во всем мире увеличивался в среднем на 2% в год, тогда как население мира на 1,6%"14. Опережающий темп производства сельхозпродуктов по сравнению с приростом населения обусловлен был качественным улучшением продовольственного потребления жителей отсталых по развитию регионов. Общее потребление зерновых в мире, в то же время, было синхронизировано с объемом их производства как по валу15, так и на душу населения16. Следовательно, предложение зернового продукта, в общем, удовлетворяло на него растущий спрос. Очевидно, этому способствовали: а) стабильно линейный прирост как урожайности, так и валового производства зерновых культур в мире17; б) стабильные из года в год мировые резервы зерна в пределах 20-35% от валового производства18. Даже растущий экспорт зерновых в развивающиеся страны , никак не отразился на глобальном балансе спроса-предложения19. Заслуживает внимания, кстати, стабильный уровень потребления продовольствия на душу населения в развитых странах20. Это указывает на то, что при нормальных условиях жизни для среднестатистического человека характерным является фиксированная норма потребления зернопродуктов: ни больше – ни меньше. И только за счет трехкратного улучшения последние 60 лет потребления в странах третьего мира, по данным FAOSTAT, наблюдалась общемировая тенденция к увеличению продовольственного потребления на человека21. По прогнозам ОЭСР-ФАО (Рим, июль 2017г.) до 2026г. "Потребности на душу населения в продовольственных товарах останутся неизменными, за исключением наименее развитых стран".

Ценообразование товарного зерна определяется действием закона стоимости на мировых рынках: цена издержек производства + средняя прибыль, в условиях общего равновесия спроса-предложения. Казалось бы, синхронность продовольственного предложения к потребительскому спросу должна была предопределить стабильность ценообразования... С общемировым трендом к постепенному снижению стоимости (в цене) зернового товара по мере роста производительности труда и снижения себестоимости производства. Не тут то было. За последнее столетие Первая и Вторая мировые войны, Великая депрессия 1929-33гг., ценовой шок энергетического кризиса 70-х, в конце концов, внерыночное формирование цены на нефть в 2004-2014гг. – существенно искажали тренд ценообразования на зерновую продукцию22. То же самое, кстати, касается и цен на промышленное сырье23. Тем не менее, общая тенденция очевидна: «За последние 100 лет реальные цены на пшеницу снижались ежегодно в среднем на 1,5%». Относительно послевоенного периода (а именно он нас наиболее интересует), то: «После Второй мировой войны средняя цена как кукурузы, так и пшеницы сокращалась примерно на 2,3% в год в течение 61-летнего периода». С началом XXI века, однако, понижающий на продовольствие ценовой тренд замедлился... Причиной тому является резкий скачок цен на энергоносители с 2004 года24. Корреляция как индекса цен на продовольствие к цене на сырую нефть25, так и, в частности, ценовых индексов зерна к нефти26 – совершенно очевидна. Впрочем, «Сельскохозяйственный прогноз ОЭСР-ФАО 2017-2026», констатировав "возвращение мировых цен на продовольствие к своим докризисным уровням 2007-08гг.", спрогнозировал: "в течение следующего десятилетия цены на мировые продовольственные товары останутся на низком уровне по сравнению с предыдущими пиковыми значениями". Поэтому, понижающий с 1960 года ценовой тренд на основные зерновые культуры27, надо надеяться, продолжится и в XXI веке.


Зерновалютный стандарт – денежная единица WES

Итак... Хлебный эталон стоимости как основа денежной единицы. – Требует конкретизации. Какой именно хлебный продукт взять за вещественную основу единицы стоимости?..

В качестве зерновой культуры автор предлагает «пшеницу IGC» Международного совета по зерну, на основании которой исчисляется индекс мировых цен на зерновые. Сводный индекс цен на «IGC-пшеницу» рассчитывается на базе средних значений 10-ти котировок пшеницы, 16-ти риса и 1-й кукурузы. Статистика IGC ведется с 1949 года, FAO использует с 1961-го. Алгоритм вычисления единицы стоимости плюс создание на ее основе денежной единицы в авторской версии следующий.

1. Берем 1 тонну «пшеницы IGC» и утверждаем в качестве овеществленной единицы трудозатрат: труд условной единицы рабочей силы – 1-УОРС-Труд, производящий 1 тонну IGC-зерна (пшеницы, риса, кукурузы в пропорциях производства-потребления)28 за год. – Материализованная основа стоимостной единицы = материально-базовый эталон единицы стоимости. – Зерновой аналог унции золота.

2. Усредненную за несколько десятилетий мировую цену (максимально приближенную к подлинной стоимости) базового эталона «1 т IGC-зерна» фиксируем как денежный эквивалент стоимости эталонной пшеницы = денежный субэталон стоимости, который, собственно, и есть единица стоимости... в денежной оболочке (долларовое выражение рыночной оценки трудоемкости зернового эталона). – Зерно-денежный стандарт (Wheat Exchange Standard) аналог золотовалютного стандарта «Gold Exchange Standard».

3. На базе субэталона «Wheat Exchange Standard», как единицы стоимости в денежном выражении, утверждаем наднациональную валюту WES: 1WES = фиксированная $-цена субэталона стоимости. С этого момента денежная единица WES начинает жить собственной жизнью, будучи непосредственно привязанной только к рыночной стоимости эталона «1 т IGC-зерна», а курс национальных валют ориентируется на Зерновалютный стандарт в лице денежной единицы WES. То есть, мировую валюту создаем на базе рыночной стоимости материализованного эталона элементарного труда. – В полном соответствии с теорией трудовой стоимости по алгоритму:

ЭТАЛОН вещевой → СУБЭТАЛОН стоимостный → 1WES-валюта.

Следовательно: 1WES есть денежный эквивалент стоимостной единицы.

Или же, просто: 1WES = ЕДИНИЦА СТОИМОСТИ.

Два уточняющих момента.

Первый по пункту №2. Какова методика вычисления усредненной цены базового эталона стоимости?.. Берем статистику реальной цены «IGC-пшеницы» (ее зерновых компонентов) Международного совета по зерну за полвека, или статистику той же «пшеницы IGC» Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (FAO) с 1961г., предварительно исключив периоды сильнейших ценовых искажений от аномальных цен на нефтепродукты. А может даже лучше взять статистику не с 61-го, а с 80-х, последние 30 лет, исключив 2005-2015 годы ценовых аномалий. На основе остаточных периодов выводим среднее значение реальной цены «зерна IGC», она должна быть достаточно близка к реальной стоимости. И, далее... Среднее значение мировой цены эталонной «1 т зерна IGC» утверждаем как денежный эквивалент стоимости зернового эталона – его стоимостный субэталон в денежном выражении.

Второй по пункту №3. Денежная единица WES не напрямую привязывается к базовому эталону «1 т IGC-зерна», а к его рыночной стоимости – стоимостному субэталону, что формируется рынком на базе эталонного зерна. В отличие от метрически стабильной величины эталона, субэталон имеет стоимостный дрейф в сторону понижения... по причине роста производительности труда и, соответственно, снижения цены издержек производства (себестоимости). Поэтому, кроме определения средней цены зернового эталона, как денежного эквивалента его подлинной стоимости, важно учитывать понижающий тренд стоимости зерновой продукции, в частности: пшеницы29 и кукурузы30. Исходя из последнего, следует фиксировать закономерное снижение цены хлебного эталона из года в год на некий «%» его стоимости. Дабы в цене понижающий тренд стоимости эталона максимально был синхронизирован с общим трендом снижения стоимости всей остальной товарной продукции... по причине все той же тенденции роста общественной производительности труда. Образно говоря, денежное выражение стоимости зернового эталона должно быть в такте, «идти в ногу» с усредненным стоимостным трендом всей товарной номенклатуры. Следует ежегодно отслеживать общие ценовые тенденции на мировых товарных биржах для денежной коррекции субэталона единицы стоимости на незыблемой базе эталонного «IGC-зерна». Дабы не допускать диспропорции стоимостного содержания WES-денежной единицы с ее номинальной ценой. Что это означает на практике в случае перехода на Зерновалютный стандарт WES?..

Допустим, на момент утверждения стандарта WES вычисления средней цены эталонного «IGC-зерна» дали результат $200 за эталон – долларовый эквивалент его реальной стоимости. Фиксируем эту величину, утвердив на ее основе денежную единицу WES: $200 = 1WES. С этого момента WES-валюта начинает жить собственной жизнью, и отныне не она равняется на доллар, а, напротив, все национальные валюты, включая доллар, равняются на валютный WES-стандарт. Однако, если утвержденный стандарт оставить без изменений, то через некоторое время (10-20 лет) может выявится диспропорция незыблемой цены зернового эталона по отношению к понизившемуся ценовому тренду в экономике. – Учитывая рост общественной производительности труда и на этой основе снижение стоимости товарной продукции. Дабы этого избежать, следует ежегодно корректировать цену (денежное выражение) субэталона стоимости на величину снижения сводного индекса цен на товарных биржах, ориентируясь на цены товаров неизменного качества – продовольственной и сырьевой групп – в русле общего тренда. Предположим, вычисления дали 0,5% ежегодного снижения общего уровня цен на товары. Тогда корректировка зерновалютного стандарта 1WES = $ 200 на этот «%» через год, два, десять, двадцать... даст следующие результаты:

«1 тонна IGC» → 1,000 WES-валюта = $ 200 - на момент утверждения;

«1 тонна IGC» → 0,995 WES-валюта = $ 199 - за год;

«1 тонна IGC» → 0,990 WES-валюта = $ 198 - через два года;

«1 тонна IGC» → 0,950 WES-валюта = $ 190 - через десять лет;

«1 тонна IGC» → 0,900 WES-валюта = $ 180 - через двадцать лет.

На практике речь идет о постепенном из года в год на 5 кг условном увеличении зернового содержания 1WES денежной единицы (не будут же национальные экономики ежегодно свои валюты пересчитывать на 0,ХХХ... долю WES-валюты). Пропорциональность же курса национальных валют по отношению к WES-валюте должна быть соблюдена и через 10 лет, и через 20... Линейное снижение стоимостного тренда при этом, однако, не гарантировано. Вполне возможен нелинейно-замедляющийся тренд снижения стоимости товарной продукции, включая зерновую (судя по графикам). В таком случае коррекция WES-стандарта только упростится. Существенно упростится корректировка WES-стандарта и при стабилизации цен на энергоносители, прежде всего, сырой нефти, на уровне реальной их трудозатратной стоимости: себестоимость + средняя прибыль. Это выровняет рыночную цену всей номенклатуры товарной продукции, включая зерновую, до уровня ее оптимальной стоимости. При условии равновесия спроса-предложения, разумеется.

При любых обстоятельствах стоимостная устойчивость WES-валюты должна сохраняться незыблемой. Ибо ей суждено определять истинную цену национальных денежных единиц, выявляя возможные их псевдо-стоимостные девиации. Если, допустим, через 20 лет вдруг окажется (на вышеприведенном примере), что цена 1100 кг зернового IGC-субэталона = 1WES-валюта в долларовом выражении не $ 200 а гораздо выше, остается одно из двух: или ФРС включила печатный станок, либо запустила денежный мультипликатор. То же самое касается других валют. Это, безусловно, дисциплинирует монетарную политику государств. Однажды запущена система зерновалютного стандарта WES из года в год будет только совершенствоваться.

Определение единицы стоимости решит вопрос стоимостного содержания межнациональной денежной единицы WES, а вслед за ней, на основе валютного паритета, национальных денег: столько-то (такая-то доля) стоимостно-оцененного рынком эталонного продукта – тонн или килограмм зерна IGC – на единицу денежного эквивалента: доллара, евро, гривны... Денежные WES-эквиваленты в результате становятся достаточно совершенным инструментарием стоимостного расчета материализованных трудом богатств, до ВВП включительно. Практическая задача зерновалютного стандарта WES: на прочной трудозатратно-стоимостной почве «заякорив» национальные валюты, включая коронованный ныне доллар, нормализовать эквивалентный в экономике товарообмен по закону стоимости, очищая ценообразования от псевдо-стоимостной фальши.

Своевременным, кстати, будет напомнить о существующей на сегодняшний день системе международных платежных расчетов. Об абсолютном крахе и вакууме валютной системы в современном мире речь, разумеется, не идет. Бреттон-Вудский золотовалютный стандарт в середине 70-х был заменен на Ямайскую систему "Специальных прав заимствования" (Special Drawing Rights) в качестве резервного и платежного средства. Это эмитируемая МВФ единица международных расчетов в безналичной форме, в виде записей на банковских счетах. Единица SDR рассчитывается как сумма определенных пропорций пяти валют (доллара, евро, юаня, иены, ф/стерлингов), оцененных в долларах США, на основании свободно плавающих валютных курсов. "Специальные права заимствования" при таких условиях лишены какой-либо привязки к трудозатратно-материализованному основанию. Как следствие, на практике СПЗ ничуть не превзошли банальную систему долларового стандарта: американский доллар, на "честном слове" без фиксированной материально-стоимостной опоры, до сих пор, по сути, лидирует в качестве международного платежного и резервного средства . Валюта WES, в случае принятия Зерновалютного стандарта, вполне могла бы перебрать на себя роль SDR – "Специальных прав заимствования". А для начала, как минимум – для сравнительного анализа "WES versus SDR" и выяснения традиционного вопроса: кто – кого? Впрочем, допустимо вообще параллельное их существование для курсового взаимоконтроля.

Основой мировой валютной системы должна быть не субъективно-капризная ценность драгметаллов или опора на плавающие курсы национальных валют, а стоимостная (рынком правильно оцененная) трудоемкость материального богатства. Среди преимуществ «Зерновалютного стандарта WES» над GES и SDR аналогами, следует обратить внимание на два главных:

а) чисто трудозатратная сущность стоимости зернового продукта, чего не скажешь о золоте с его эмоциональными факторами формирования цены, а тем более, о плавающем курсе национальных валют, на котором базируется СПЗ;

б) мировому хозяйству характерно наращивание производства зерновых в унисон приросту населения, отчего предложение = спросу в динамике экономического роста, что, опять же, не скажешь ни о золоте, ни о том же СПЗ.

Недостатки «Золотовалютного стандарта GES» стали причиной его ликвидации в 70-е прошлого века. – Вполне оправдано. А SDR от этих недостатков не избавились. С тех пор и поныне мировая валютная система «беспризорна» – лишена какого-либо трудозатратно-материализованного основания, находясь на грани полного разрушения. Отсюда, кстати, крипто-валютные извращения современных финансов. Это уже диагноз.

Дальше. Из пяти известных функций денег «Золотовалютный стандарт – GES» обслуживал в натуре, а "Специальные права заимствования – SDR" на данный момент обслуживают виртуально четыре функции, кроме одной, – меры стоимости (в политэкономическом понимании данной категории). Тогда как Зерновалютный стандарт WES, напротив, по идее должен выполнять, прежде всего, самую главную функцию денег – именно функцию меры стоимости. Ни в качестве средства обмена, ни платежа, ни сбережения, ни мировых денег в натуре IGC-пшеница, в отличие от золота и пр. драгметаллов, не пригодна. Однако, при условии свободной конвертации WES денежной единицы в золото или другие стабильные валюты, обслуживать остальные функции денег на практике WES-стандарту не составит трудностей. Речь идет о виртуальной в данном случае функции безналичной WES-валюты. Ну, а если уж дело дойдет до эмитирования WES денежной единицы на традиционных носителях, для ввода ее в наличный оборот, то WES-валюта сможет выполнять все пять функций денег. В этом будет бесспорное преимущество WES-стандарта над всеми прочими аналогами.

Учитывая вышесказанное, «Wheat Exchange Standard» (дословно: зерно обменный стандарт) не является вполне корректным в своей формулировке. Но, это уже дело терминологической «косметики», поправить которую не будет проблем.

Удачная разработка денежной системы на трудозатратно-стоимостной основе вплотную приближает политэкономию к практике, превращая ее в прикладную экономическую науку. Однако, экономика функционально не замыкается на одном лишь эквивалентном товарообмене. Кроме товарно-денежного обращения имеет место факт прогрессирующего в индустриальную эпоху накопления капитала и бурных, с определенной цикличностью, темпов экономического роста... в условиях эволюционирующей эксплуатации капиталом наемного труда. И тут... мы переходим к теории прибавочной стоимости.




ПОЛИТЭКОНОМИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ МОНЕТАРИЗМА